Правовая природа криптовалюты: статус в Российской Федерации

30 июля 2024 года Государственная Дума РФ приняла два законопроекта, связанных с регулированием цифровых валют в РФ: № 237585-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части регулирования цифровой валюты)» и № 341257-8 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (в части установления экспериментальных правовых режимов в сфере цифровых инноваций на финансовом рынке)». Отчетливо видно, как медленно, но верно законодательство движется в сторону более ясного правового регулирования криптовалюты.

Прежде чем углубиться в юридические тонкости, дадим базисные определения. Криптовалюта — это цифровая или виртуальная валюта (актив), которая использует криптографию для обеспечения безопасности своих транзакций и контроля над созданием новых единиц. Самая известная, популярная и первая криптовалюта — это Bitcoin, но существует множество других, например Ethereum, Ton и т.д.

Криптовалюты работают на технологии блокчейн, которая представляет собой децентрализованную, распределенную и публичную (как правило) цифровую книгу учета транзакций (распределенный реестр).

С правовой точки зрения статус криптовалют в разных странах серьезно различается, так как единая международная концепция использования криптовалют отсутствует. В некоторых странах (Сальвадор, Великобритания) они признаны законным платежным средством, в других (Канада, Япония) — рассматриваются как товар или имущество. Во многих государствах правовой статус криптовалют остается неопределенным или находится в процессе формирования регулирования. Есть страны, в которых использование криптовалют считается противозаконным.

В национальном законодательстве Российской Федерации понятия «криптовалюта» не существует. Есть очень близкое к нему понятие «цифровая валюта», которое раскрывается в Федеральном законе от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах». Отметим, что регулирующие органы и депутаты на заседаниях Госдумы в своих разъяснениях приравнивают эти два понятия друг к другу. Тем не менее определение цифровой валюты, предложенное в указанном законе, в случае формального толкования не охватывает все виды криптовалют. В соответствии с ФЗ № 259-ФЗ под цифровой валютой подразумевается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.

Очевидно, что правоприменители и участники гражданского оборота видят в этом определении намерение законодателя внедрить в российское правовое поле общепринятое понятие «криптовалюта». Но в результате мы так и не получили желанного — под это определение формально не подходят известные стейблкоины USDT и USDC, у которых есть эмитенты: Tether Limited и Circle Internet Financial Limited соответственно.

Таким образом, понятие «криптовалюта» существенно шире, чем понятие «цифровая валюта», и можно сделать вывод, что в будущем либо будут вноситься изменения в существующее понятие (за счет изменения формулировки и/или введения дополнительных определений) на законодательном уровне, либо правоприменительная практика начнет толковать это понятие шире. Иные варианты не смогут ликвидировать существующий пробел, связанный с отсутствием регулирования криптовалюты, не подпадающей под текущую нормативную дефиницию.

В целом, без привязки к российскому праву, криптовалюту по своей правовой сущности в доктрине рассматривают как деньги (валюту), информацию, право требования, имущество или средство платежа.

Автор этой статьи не ставит своей целью рассмотреть обоснованность квалификации криптовалюты тем или иным объектом гражданского права. Замечу лишь, что с учетом существующего законодательного пробела российская судебная практика цифровую валюту чаще всего относит именно к иному имуществу, предусмотренному ГК РФ.

Законодатель, понимая природу криптовалюты, для обеспечения экономической стабильности решил внести в ФЗ № 259-ФЗ запрещающую регулятивную норму для резидентов РФ — цифровая валюта не может приниматься в качестве встречного предоставления за продаваемые товары, выполняемые работы, оказываемые услуги или в качестве иного способа, позволяющего предполагать оплату цифровой валютой товаров (работ, услуг). Таким образом, договор мены, в котором цифровая валюта является встречным предоставлением за передаваемое имущество, также попадает под запрет.

Помимо этого в федеральном законе указано, что судебная защита интересов владельца цифровой валюты допускается только в случае декларирования цифровой валюты и уплаты налогов от доходов, полученных за ее использование.

Таким образом, сегодня в отечественном законодательстве и судебной практике криптовалюта, названная цифровой валютой, имеет определенный правовой статус, который позволяет ей все же находиться в гражданском обороте с правовой точки зрения. Имеющиеся пробелы, на мой взгляд, прежде всего связаны с поиском наиболее рационального подхода, что и отразилось в современных реалиях в готовности государства внедрить криптовалюту в правовую «песочницу».

Законопроект № 341257-8, утвержденный Госдумой в третьем чтении 30 июля 2024 года, предлагает использовать цифровую валюту в рамках экспериментально-правового режима (ЭПР) в качестве средства платежа по внешнеторговой деятельности, для установления прав и обязанностей участников валютных операций с цифровыми валютами, а также разрешает создание биржевой торговли криптовалютными активами. Очевидно, эти тенденции весьма позитивны для сторонников скорейшего начала регулирования криптовалюты, которая уже стала привычной в большинстве стран. Тем не менее еще рано говорить о ее полноценном регулировании в РФ.

Другой законопроект, № 237585-8, внес изменения, касающиеся регулирования майнинга, который теперь смогут проводить включенные в специальный реестр российские юрлица и ИП, при этом для физлиц будут установлены лимиты энергопотребления. По очевидным причинам правительство сможет ввести ограничения на майнинг в отдельных регионах.

За судьбой второго законопроекта внимательно следили многие криптоэнтузиасты — хоть запрет на рекламу обращения криптовалюты и сохранился, но (после заключения Минфина) из него был исключен запрет на организацию обращения цифровой валюты в РФ. Вероятно, так называемая песочница продолжит существовать не только в рамках ЭПР, но и в обычном правовом поле, где казуальными регуляторами выступят правоприменители.

Банковское обозрение